Николай Васильевич Хохрин

«И на Тихом океане свой закончил он поход…»

ОЛЬГА ЦВЕТКОВА, председатель первичной профсоюзной организации Банка ВТБ (ПАО)

img010 (2)История Великой Отечественной войны — это особая страница в моей семье. На фронте был мой дедушка Василий Петрович Хохрин. Моя бабушка Ольга Христофоровна Хохрина самоотверженно трудилась в тылу. Нелегкий фронтовой путь прошла и моя мама — Рылькова Александра Федоровна. Особенно тяжелая фронтовая доля досталась моему отцу. О своих родителях — комсомольцах-добровольцах я и расскажу.

Мой отец Хохрин Николай Васильевич родился 27 ноября 1924 г. в г. Москве. Когда началась война, он только окончил 9 класс школы № 519 Кировского (Москворецкого) района г. Москвы. В первые же дни войны Николай Хохрин добровольно вступил в 9-ю Кировскую дивизию народного ополчения.

Так, 6 июля 1941 г. вчерашний девятиклассник – по сути мальчик, которому на тот момент еще не исполнилось и 17-ти, ушел на фронт – самый жесточайший, самый долгий и самый кровопролитный фронт в истории нашего Отечества.

12 июля 1941 г. отряд ополченцев пришел в Красную Пахру, где получил обмундирование, принял присягу и двинулся далее. Добровольцы, среди которых, кроме моего юного в то время отца, были и многие его сверстники, вчерашние старшеклассники, под бомбежками прошли Малый Ярославец, Верею, Боровск, Спас-Деменск, Можайск, Сухиничи, а 30 сентября 1941 г. вступили в Ельню, где уже хозяйничали немцы. Это был их первый бой. С воздуха сыпались бомбы, а немецкие танки просто давили гусеницами не готовых еще к бою, не обученных ополченцев. С раннего детства я помню рассказ моего отца, который он часто повторял, — о том, как чудом тогда остался в живых, — он тогда буквально вывернулся из-под немецкого танка и остался незамеченным, т.к. танк был совсем рядом.

Дивизия ополченцев была разбита, немцы захватили город Ельню, в неравном бою большая часть ополченцев погибла.  Оставшиеся в живых, в том числе и мой папа, раненый в ногу, добрались до леса и почти месяц находились в окружении фашистов. Немцы бросали листовки, обещали сытую жизнь, призывали выходить на дорогу и сдаваться, утверждая, что Москва уже сдана. Но среди ополченцев не нашлось ни одного, кто бы пожелал сдаться врагу. Мой папа говорил, что и в мыслях не возникало такого желания, а была только одна вера – в Победу.

Впереди были жестокие бои за Москву, в которых ополченец Николай Хохрин, вырвавшись из окружения под Ельней, принимал участие, а затем воевал уже в частях Красной Армии в составе 108-й стрелковой дивизии. Участвовал в боях под Смоленском, в Вяземской операции, Наро-Фоминской, в боях на Орловщине, Брянщине…

Наши войска продвигались на запад. Благодаря увлечению с детства радиотехникой, мой отец стал радистом в 5-м гвардейском танковом корпусе под командованием генерал-лейтенанта А.Г. Кравченко (5-й Гвардейский танковый Сталинградско-Киевский ордена Ленина Краснознаменный, орденов Суворова и Кутузова корпус), в составе 6-й Гвардейской танковой армии. Участвовал в тяжелейших боях на фронтах Воронежского, Курского направлений, в величайшем танковом сражении на Курской дуге, в боях знаменитой Прохоровки, трижды переходившей «из рук в руки», участвовал в Корсунь-Шевченковской наступательной операции, форсировании Днепра, освобождал города Харьков, Белгород, Киев, Бухарест, Будапешт, Вена, Прага и др.

В Прагу дивизия, в которой он служил, вошла по призыву о помощи восставшим пражанам 9 мая 1945 года. В освобожденной Праге жители города буквально на руках приветствовали своих спасителей, забрасывали цветами!

Итак, война закончилась 9 мая 1945 года, началась демобилизация. Но не всем оставшимся в живых посчастливилось возвращение по домам. Николай Хохрин снова продолжает войну в 5-м Гвардейском танковом корпусе под командованием генерал-лейтенанта М.И. Савельева – теперь уже на Дальнем Востоке, в войне с Японией.  И снова тяжелейшие боевые условия. Пройдя безводные степи, пустыню Гоби при 50-градусной жаре, он принимал участие в форсировании горного хребта Большой Хинган.  Операцию предстояло проводить против очень сильной группировки противника и, как рассказывал отец, — это было «почище» Прохоровки. Солдаты на руках втаскивали танки, лошадей, не было воды, большинство солдат имели не по одному ранению на фронтах с фашисткой Германией. Мой папа к этому времени также был дважды ранен, в Маньчжурской операции получил третье ранение. Принимал участие в освобождении городов Чанчунь, Мукден, Цицикар, Жэхэ, Дайрен, Порт-Артур.

f1_1 (2)
Солдат на танке (крайний слева в первом ряду) — Николай Хохрин. Эта фотография публиковалась во многих изданиях, рассказывающих о событиях Советско-Японской войны 1945 г.
После разгрома Квантунской армии гвардии сержант Николай Хохрин продолжил службу в Забайкальском военном округе, демобилизовался 22 октября 1946 г. по состоянию здоровья. 27 ноября 1946 г. ему исполнилось только 22 года, а за плечами было столько тяжелейших испытаний. Но все испытания, которые преодолел мой отец и все, кто сражался за нашу Великую Родину, были во имя Великой Победы, во имя того, что мы живем.

В мирное время мой папа, Хохрин Николай Васильевич, также добросовестно, как и воевал, трудился на заводе, выпускавшем продукцию для космоса, избирался депутатом Пролетарского районного совета народных депутатов г. Москвы. Но война все же догнала его. Фронтовые раны вызвали болезни, с которыми он уже не смог справиться – в 1982 г. в возрасте 57 лет отец безвременно ушел из жизни…

За боевые заслуги и трудовую доблесть Н.В.Хохрин награжден медалями «За отвагу», «За боевые заслуги», «За взятие Будапешта», «За взятие Вены», «За освобождение Праги», «За победу над Германией», «За победу над Японией», «За трудовое отличие».

В нашей семье свято хранят память о моем отце, Николае Васильевиче Хохрине. Хранятся письма с фронта, боевые и трудовые награды, наградные листы.

Из семейного архива:

 

C-70-letiu5